rhaella рейлла
таргариен targaryen
[a song of ice and fire]
[emma d’arcy]
Посты стараюсь писать чаще, чем раз в две недели, но обычно получается примерно так. Посты от 4К и могу до 12К. Пишу от 1 и 3 лица, чаще от 3, ратую за птицу-тройку и заглавные буквы.
1. Жертва суеверий. Союз с Эйрисом, её братом и супругом, был выкован не из пылких чувств, а из мрачного и древнего пророчества, которое рассказала Лесная Ведьма королю Джейхейрису. Если бы не она, возможно, Рейлла вышла бы за лорда Хасли, с которым у неё была взаимная сильная влюбленность. Но судьба распорядилась иначе. Король, вняв предсказанию, связал судьбы своих детей, пожертвовав их юностью и счастьем ради рождения Обещанного Принца. В этом браке никогда не было страсти, ни даже симпатии — лишь навязанный долг, который в первые годы подкреплялся хотя бы видимостью взаимного уважения, и пока тьма не поглотила разум Эйриса…
2. Жестокость короля. Вступая на Железный трон, Эйрис казался воплощением величия — амбициозный, красивый и юный правитель. Рейлла тогда ещё надеялась, что может быть относительное уважение станет надежной опорой для Королевства. Но с годами блеск его идей сменился ядовитой подозрительностью, а на смену царственному достоинству пришли паранойя, нескрываемая грубость и искусно изощренные издевательства, превратившие жизнь королевы в кошмар. Эйрис любил смотреть на огонь и как в нем кто-то горит. Это возбуждало его, а Рейлла с ужасом понимала чем это закончится для неё — очередными ссадинами и укусами.
3. Трагедия пустующей колыбели. Покои королевы стали также свидетелями её бесконечной скорби: череда выкидышей, мертворожденных младенцев и крошечных гробниц. Лишь сын Рейгар выжил в этой череде смертей. Но вместо сочувствия и поддержки новый король видел в её материнском горе лишь «неверность» и сговор с темными силами. Эйрис запер Рейллу в позолоченной клетке из жестокости и страха, приставив к ней двух септ, которые бы следили за ней. Он думал, что жена изменяет ему, поэтому дети гибнут. Рейлла была в отчаянии, особенно, когда король постоянно менял её фрейлин, отсылая периодически её самых близких подруг — Джоанну Ланнистер и Леди Мартелл. Также Рейлла страдала от неверности мужа, о которой знали все. Ни одну фрейлину Эйрис не обошел своим вниманием. А с Ланнистерами едва не вспыхнул конфликт, когда король решил соблазнить Джоанну Ланнистер.
4. Закаленная в пепле Летнего замка. Принц Рейгар появился на свет под треск угасающих пламенных сполохов Летнего замка. Рейлла произвела своего первенца на свет в день, когда величайший пожар поглотил ее отца, его старшего сына Дунка Таргариена, лорда командующего — сира Дункана Высокого и других лордов и леди. Вспышка драконьего огня, давшая жизнь Рейгару, навсегда отпечатала в её душе осознание: даже самая величественная династия бессильна перед лицом рока, а королевская кровь сгорает точно так же, как обычная солома. Эта трагедия сделала её и Эйриса внезапно королём и королевой в одночасье.
5. Из молчаливого почтения к скрытому пламени. Десница Короля, Тайвин Ланнистер, долгие годы оставался для Рейллы лишь несокрушимым оплотом порядка и человеком, к чьему уму она питала глубочайшее уважение. Это был лучший Десница, которого только мог пожелать король и весь Вестерос. Взаимное признание достоинств связывало их во времена, когда оба были скованы своими обязательствами. Но когда трагически ушла из жизни Джоанна Ланнистер, а безумие Эйриса давно перешло все границы, сквозь многолетнюю сдержанность и сочувствие неожиданно пробилось другое чувство — глубокая, страстная и опасная любовь двух одиноких душ.
6. Сумеречный Дол. Пленение Эйриса в Сумеречном Доле обнажило неприглядную истину: настоящим правителем Семи Королевств был именно Тайвин, а не угасающий коронованный тиран. Вернувшись из плена окончательно сломленным, изнывающим от страха и жаждущим крови, Эйрис превратил жизнь Рейллы в череду ночных истязаний, окончательно убедив королеву в том, что Вестерос рушится на глазах. Ему везде мерещились предатели и заговорщики, пламя стало поглощать даже невинных людей. Рейлла с ужасом осознавала, что скоро муж может сжечь и ее, и даже Рейгара с его маленьким братом Визерисом.
7. Заговор во имя жизни. Рейлла отказалась смиренно ждать неизбежной гибели. Роман с Тайвином вылился и в тайный союз, она приняла участие в плетении самой опасной игры двора: Эйрис должен быть лишен власти. В руках её возлюбленного Десницы и под эгидой их общего замысла Железный трон должен перейти к Рейгару прежде, чем безумие короля сожжет всю страну в огне.
8. Надежда. Принц Рейгар— единственное светлое воспоминание о её материнстве и главная надежда королевства. Принц Визерис — никогда не должен узнать гнева отца и удара его тяжелой руки. Рейлла готова пойти на любую измену и шагнуть в бездну заговора, лишь бы уберечь сыновей от параноидальной ярости Эйриса и передать корону Рейгару до того, как произойдет непоправимое.
9. Танцы на грани клинка. Каждая ночь в Красном Замке дается королеве с боем. Надевая маску покорной, запуганной супруги, Рейлла ведет двойную жизнь — женщины, чье сердце принадлежит истинному самому могущественному человеку Вестероса, и заговорщицы, готовой свергнуть собственного мужа ради спасения сыновей и будущего династии.
— «...я найду тебя, я загоню тебя как зверя, пока у тебя не останется ни единого угла в этом мире, пока он сам тебя не отвергнет, пока ты не заскулишь и не сдашься мне на милость».
Еще не так давно Алина готова была расхохотаться над этими словами и мстительно ответить, что такого не будет никогда. Никогда в жизни она не придет к нему и уж точно скулить не станет. Никогда не встанет на колени и не будет молить о милости! Никогда…
Вот только сейчас она стояла здесь, перед тем человеком, которого считала погибшим, которого сама же убила своими руками. Перед тем, о ком, казалось больше никогда не будет вспоминать с внутренним трепетом и страхом.
Когда все закончилось, казалось, Равка вздохнула свободно. Алине казалось, что и она вздохнет свободно, сможет улыбаться и быть счастливой, живя рядом с Малом в пригороде Ос Альты, занимаясь детьми-сиротами. Ей казалось, что этого будет достаточно… Но не прошло и нескольких месяцев, как тоска по использованию силы становилась все сильней и сильней. Улыбка исчезла с лица, оставив лишь бледную тень. А потом во снах начал являться ОН… Каждую ночь видела Алина как убивала его раз за разом и просыпалась в холодном поту. Ей стало казаться, что она сходит с ума, когда она стала видеть знакомый силуэт в тенях своего дома. Силуэт со временем обрел лицо, четкие очертания и реальность прикосновений. Все, как в тот раз, когда она видела его в каждом углу Малого дворца.«— Оставь меня! Уйди! Не мучай! Ты же нереален, исчезни!»
Каждый раз молитва была одной и той же, но она не помогала. Глаза Дарклинга и его лицо преследовали ее, сделали невыносимыми ее дни и ночи. Так тяжело было чувствовать прикосновение его пальцев к своей руке и знать, что это нереально. Все неправда и ложь. Алина ненавидела себя за то, что сделала и еще больше ненавидела себя за то, что она тоскует по Александру. Черной, непроглядной тоской, выедающей душу, выворачивающей наизнанку. Взвыть хотелось от этого, зная, что никогда эту тоску не унять.
Так она думала, пока ее не нашел Фёдор и не сказал, что Александр жив. И тогда все видения стали не плодом больного сознания, а реальностью. Алина вцепилась в шанс снова увидеть его как в шанс второй жизни. Равка снова могла быть под его опекой. Страна без Дарклинга разваливалась снова. Не его существование было угрозой, а видимо, совершенно другое. Алина не раздумывая направилась туда, где сейчас находилась ее мука и ее сердце. Хотя жгучая ненависть застилала ее взор, когда она вошла к нему. Жгучая ненависть и убивающее чувство вины.
Старкова остановилась как вкопанная, увидев перед собой другое, чужое лицо. Ее предупредили об этом, но в реальности это выбило ее из колеи. Но стальной блеск в глазах был слишком знаком ей и все сомнения отпали.
— Прости, не успела гостинцы приготовить. — первое, что произносит Алина, забыв, что хотела начать разговор в другом русле. Раз он язвит, значит и она будет следовать его тону. — Не думала, что встретимся с тобой где-то, кроме МОИХ видений.
Он зол, издевается, но ей все равно. Потому что в глубине души она знает, что вечность без него хуже любых издёвок. Вот только Алина себе в этом не признаётся, обжигая ледяным взглядом Дарклинга. Его презрение такой же волной откатывает ее, заставляя вскинуть подбородок выше.
Тени скользят вокруг, клубятся, обступая ее тихой поступью монстров, но Алина только хмыкает в ответ:
— Желаешь убить за все, что я сделала? Убивай. — убей и покончим с этим. Потому что невыносимо. Потому что слишком больно. — Я же заслужила, по твоему?
Алине хочется еще больше слов вонзить ему ножом под ребра, как там, в Каньоне, но она же сюда пришла не за этим. Она не пришла его убивать. Алина медленно вздохнула, на секунду прикрыв глаза, а потом сказала все то, что долго хоронилось внутри, а сейчас вырвалось наружу.
— Ты прав, я ни о чем не думала, когда шла сюда. Я просто узнала, что ты жив и я хочу признать всю правоту твоих суждений. Все, что ты говорил насчёт Равки, ее судьбы и людей — все правда. Я этого не понимала и сейчас я хочу исправить свою ошибку и сделать что в моих силах, чтобы помочь тебе в новом становлении Равки.
Если ты меня не убьешь…
Только это всего лишь внешняя причина. Алина даже самой себе не признается, что готова была разрыдаться, узнав, что Александр жив. Глупо, после всего, что он сделал.
— И я хочу, чтобы ты знал… — ее губы скривились, словно это было тяжело произносить. — Я не хотела тебя убивать.
Пауза.
— Теперь можешь мне отомстить и тоже лишить меня жизни. — Алина шагнула чуть ближе к нему, вглядываясь в незнакомые еще черты, но в знакомые глаза. — Давай, ты же этого хочешь? Ты поэтому изводил меня все это время, не давая мне ни сна, ни отдыха?
Святые, она так устала! Какой же изощренной пыткой было видеть его почти все время, чувствовать, но знать, что все это лишь медленно наступающее безумие.
— Если время переговоров прошло, значит, убей. — голос Алины дрогнул.
Я больше не могу тебя ненавидеть, я больше не хочу видеть как ты умираешь у меня на руках каждую ночь, я больше не могу бежать сама от себя…
