Уильям Дарси не знал жизни без зомби, и, наверное, никто из ныне живущих не знал иной жизни. И всё, что оставалось – это борьба и надежда. Именно надежда в скорую победу и приносила в жизнь некий свой смысл. После падения Хингемского моста, казалось, что они победили, зомби оказались в ловушке, из которой уже не выберутся ещё очень не скоро, если вообще выберутся когда-нибудь. Но как это обычно бывает, никогда нельзя говорить «никогда».

Уильям никогда не забудет то удивление и шок, которое он испытал глядя на то, как к Пемберли бежит целая армия живых мертвецов во главе с (кто бы мог подумать) Джорджем Уикхемом. После падения Хингемского моста он, как оказалось, не терял времени даром – собрал вокруг себя новых мертвецов и обзавелся весьма интересным протезом взамен своей отрубленной правой руки.

Пемберли держался долго, прежде чем уступить в этом неравном поединке. Все они сражались храбро и готовы были отдать свои жизни за тех, кто им был так дорог. И Дарси никогда не простит себя и никогда не забудет тот момент, когда на него брызнула горячая кровь Элизабет – Уикхем ловко воткнул клинок ей в шею и отбросил в сторону, где на Лиз сразу же накинулась пара голодных зомби, а после ударил Дарси рукоятью своего клинка по виску заставляя того потерять сознание.

Пробуждение было не из приятных – голова готова была разорваться на части, а тело болело, словно по нему пробежало стадо лошадей, раненное плечо ныло, и Уильям почти не чувствовал правой руки. В довесок ко всему кто-то, увидев, что Дарси зашевелился и начал приходить в себя, пнул его ногой в бок, заставляя застонать от боли.

– Вот до чего довела тебя твоя гордость, – Уикхем, а это был именно он, что-то держал в руке и презрительно усмехался над своим давним соперником.
Он поднял то, что держал в руке, показывая своему пленнику. Эти глаза Дарси узнает из миллионов других глаз – Уикхем держал отрубленную голову Элизабет.

– Но не переживай, на тебя у меня несколько иные планы. Подготовка к большому Балу только начинается, а ты мне нужен живым, – он перехватил голову поудобнее, запирая за собой двери камеры, а Уильям так ничего и не смог ему ответить, будучи в шоке от увиденного.

Он давно потерял счет времени и не знал, сколько он находится здесь. Уикхем приходил еще несколько раз, но не говорил ничего конкретного, а в последнее посещение, весьма неосмотрительно склонившись над своим пленником, получил плевок в лицо и едкий комментарий по поводу случившегося в Пемберли и обещание Дарси также отрубить ему его глупую голову. Больше он не приходил – то ли делал вид, что глубоко оскорблен, то ли был занят, как он сам сказал, подготовкой к своему балу, что не сулило, в общем-то, ничего хорошего.

Два раза Уильям  пытался сбежать, но все попытки обратились полным провалом – при попытке подняться на ноги голова кружилась и не думала прекращать это делать, а раненая рука была будто чужой. Тем более Дарси отлично знал эти темницы и то, что сбежать отсюда практически невозможно.

Он спал когда его шеи коснулось что-то ледяное. Сначала ему показалось, что это один из живых мертвецов, но потом он с удивлением обнаружил возле себя леди Кэтрин. Но что она делает здесь? После того, как он нанес ей достаточно сильное оскорбление, разорвав помолвку с её дочерью Энн и женившись на мисс Беннет, Дарси был уверен, что леди де Бёр его ненавидит и не желает более видеть.

– Нет, – он был уверен в своем ответе, так как в случае заражения первые признаки должны были появиться уже давно.

А она всё также продолжает называть его полным именем, прекрасно зная о том, как сильно он его ненавидит, предпочитая сокращение. Некоторые вещи не меняются.

– Что вы здесь делаете? – Дарси не был уверен, что леди Кэтрин пришла в Пембери ради помощи, если учесть разорванную им помолвку. Но несмотря на всё, он был рад видеть её сейчас. – Я должен найти Уикхема, он должен за всё ответить, – Уильям попытался встать, но у него ничего не вышло.