eliot [eli] элиот [эли]
кардейл [эвер] cardale [ever]
[vicious]
[froy gutierrez]
играю крайне неторопливо, от любого лица и с любым оформлением постов. предпочтительно стекло разной степени жесткости. заложник религиозной тематики, дарк академий, китайских гач, марвеловских комиксов и готических романов.
Но мы знаем, что грешников Бог не слушает; но кто чтит Бога и творит волю Его, того слушает.
[Ин. 9:31]Нет.
Не слушает.[indent] [indent] [indent] Дьявол.
Так называл его отец, замахиваясь для очередного удара, стоило мальчишке просто не вовремя показаться ему на глаза. Тяжелая мужская рука оставляла багровые синяки и гематомы, которые не заживали неделями, а порой месяцами. На смену старым синякам приходили новые. Больше, глубже, больнее. Отец позаботился о том, чтобы тело его сына ни единого дня его сознательной жизни не было похоже на чистый холст. Невинный. Нетронутый. Он попросту не заслужил этого. Он грешник, он дьявол, он воплощение зла. А тело грешника должны украшать отпечатки рук. Следы от царапин. Рассеченные шрамы на спине от розг, от ремня. Иначе молитвы не будут услышаны. Иначе исповедь не дойдет до ушей Всевышнего. Плоть должна страдать, иначе душа, заключенная в порочной оболочке не очистится. Так говорил ему отец, повторяя молитвы перед каждым новым ударом, проливая слезы, изгоняя дьявола из тела собственного сына.
Ему было не больше десяти.
Элиот узнал запах и вкус крови слишком рано.
[indent] [indent] [indent] Спаситель.
Таким он чувствовал себя в университетские года, стоя на пороге комнаты, в которую его отправили поселиться. Кажется, предыдущий сосед этого мрачного и загадочного парня спонтанно решил бросить учебу, и как бы Виктор ни скрывал свою к этому причастность, Эли не верил ему. Никогда не верил. [Или всегда отчаянно хотел?] Он спасал заблудшую душу от одиночества. [Себя?] Убеждал себя в том, что это всего лишь вынужденная привязанность. Неизбежная связь, которая неотвратимо возникает в те моменты, когда люди вынуждены проводить по нескольку часов в день в одном помещении. Стоит лишь разъехаться на каникулы и потребность в его компании исчезнет. [Исчезнет ведь?] Элиот верил, что спасает Виктора от одиночества. Кажется, даже сильнее, чем верил в Бога в то время.
[indent] [indent] [indent] Предатель.
Таким считал его Виктор, Элиот был в этом абсолютно точно уверен. Три пули, чтобы не задеть жизненно важные органы. Испуганный голос, дрожащие руки и тревожный звонок в полицию. Элиот оставил его в живых и никогда не простит себя за это. Он должен был найти в себе смелость довести дело до конца в тот вечер. Убить. Виктора. Вэйла. Убить свои мысли о нем. Свои воспоминания. Свои тревоги. Привязанности. Элиот Кардейл и правда был предателем. [Эли Эвер был предателем] Но единственный, кого он по-настоящему предал — был Бог. Бог, благословивший его. Бог, даровавший ему силу. Бог, который вел его своей дланью по пути праведному. А он отвернулся. Прикрыл глаза лишь на мгновение, чего было достаточно, чтобы сбиться с пути и искать выход на свет долгие годы. Виктор наверняка отдал Элиоту роль Иуды в этой постановке, хотя все было с точностью наоборот.
[indent] [indent] [indent] Герой.
Эли Эвер вычеркивал имена.
Эли Эвер исправлял ошибки.Выстрел. За ним еще один. Еще. И еще. Взмах ножом. Рассеченная плоть. Запах крови, знакомый с детства.
Я герой.
Что вы делаете?
Остановитесь.
Уберите пистолет.
Спрячьте наручники.
Вы что, не видите?
Не знаете меня?
На мне же чертова геройская маска.
Спросите у нее, спросите же!
Она вам скажет.
Я — герой!
Эли Эвер — герой!
Герой...
Герой?...ибо обращавшийся исцелялся не тем, на что взирал, но Тобою, Спасителем всех. И этим Ты показал врагам нашим, что Ты – избавляющий от всякого зла.
[Прем. 16:8]
— Вы ебанулись оба? Я туда не пойду. — Его голос почти срывается на рык, а в ответ он слышит лишь отзвуки издевательского смеха. Конечно, пойдешь, куда ты денешься. Тебе некуда бежать, как ни старайся. ОНИ все равно всегда будут рядом.
Рой не боится призраков. Он понял это еще с самого раннего детства, когда в один из дней увидел темную фигуру без лица за спиной у своей матери. За спиной у своего отца. За спинами своих одноклассников. Друзей. Незнакомых прохожих. В какой-то момент они стали для него просто привычкой. Просто очередной назойливой картинкой перед глазами. После первого похода к школьному психологу он перестал здороваться с незнакомыми фигурами за спинами своих друзей. Перестал вздрагивать, когда вдруг вдоль класса проплывала полупрозрачная дымка с очертаниями старой школьной формы. Ведь нормальные люди так не делают. Нормальные люди не смотрят в ужасе на пустую стену, около которой стоял лишь одинокий стул, собирая на себе десятый слой пыли. Нормальные люди не видят призраков. Потому что призраков не существует, Рой.
«Как скажете», он хмыкал безразлично в ответ на обеспокоенные взгляды родителей, учителей и того самого школьного психолога, который и не рассчитывал задерживаться тут больше чем на несколько лет, и уж точно не ожидал, что будет иметь дело с настолько сложным подростком. Подростком, который видел то, чего не могло существовать. То, во что никто не верил. То, с чего смеялись старшие парни, одноклассники и мальчишки-соседи.
Рой всегда был сообразительным парнем. Он быстро понял, что в этом мире гораздо выгоднее притворяться, чтобы на тебя не обращали внимания, чтобы считали нормальным, чтобы не задавали глупые вопросы и не вешали ярлык прямо на лбу, называя психом. Рой слишком рано понял, что нужно притворяться, что улыбаешься. Притворяться, что тебе не больно. Притворяться, что не слышишь как за стеной ругаются родители. Притворяться, что не видишь висящую под потолком темную бесформенную тень. Притворяться, что не замечаешь фигуру без лица у матери за спиной. Фигуру, которая однажды улыбнулась. Прямо перед тем как сердце его матери вдруг перестало биться.
— Испугался что ли, щенок? Конечно, пойдешь. Сладости сами себя не доставят. — Широкоплечий мужик в засаленной кожаной куртке прижимает к груди дерзкого, скалящегося мальчишки тяжелый сверток и только хмыкает, рассматривая его лицо. Мужик сплевывает слюну к ногам мальчишки и давится сиплым смехом. — Только не говори мне, что ты как трусливая телка веришь во все эти городские легенды и слухи. Чувак, это обычный притон, там водится что-то гораздо страшнее, чем призраки, духи и вампиры с оборотнями. Просто руками ничего не трогай, не смотри ни на кого, молча отдай пакетик, забери деньги и уебывай оттуда. — Мужик широкой ладонью хлопает его по плечу, заставляя мальчишку немного пошатнуться и оскалиться лишь сильнее.
— Майки поедет со мной. Проследит, чтобы я ничего не трогал. — Мальчишка не спрашивает, а бесстрашно приказывает, смотря на человека перед собой и перекладывая сверток на сидение мотоцикла. Взгляд невольно сползает с уставших, красных глаз мужика в старой засаленной кожаной куртке, ему за спину, фокусируясь на расплывчатых очертаниях, но вовремя останавливая себя, чтобы не стать подозрительным. [Еще более подозрительным] У фигуры за спиной у мужчины было лицо. Разочарование исказило его черты, углубляя морщины, делая синяки под глазами больше, а впадины глазниц еще глубже. Рою кажется, что раньше эта фигура была женщиной. Возможно, даже счастливой. Пока не встретилась с ним. — Тебе ведь нравится все контролировать. Вот буду под полным контролем твоего любимчика. И ему не будет одиноко пока ты дрыхнешь тут. — Рой скалится в усмешке и думает, что ему все сойдет с рук. Даже после первого удара в челюсть он все еще уверен в этом.
Обычный притон, конечно.
Останавливая байк около небольшого пятиэтажного здания, Рой ощутил как вдоль позвоночника пробежались мурашки. У него не было широких связей, не было личных осведомителей в полиции, не было надежных источников или продуманного плана, но было стойкое ощущение, что что-то точно пойдет не так. Рой просто парень, которому немного не повезло в жизни. Простой парень, единственным близким другом которого был его старый байк, купленный на последние свои легально заработанные деньги. Простой парень с чуткой интуицией, которую он никогда не слушал. Игнорировал, ровно, как и десяток снующих черных теней, что столпились у главного входа в здание.
— Так сильно боишься нариков что ли? — Рэй ощущает как кто-то кладет ему руку на плечо и слышит короткую усмешку за спиной. Как-то раз он по пьяни рассказал Майки, что всю жизнь видит призраков. А он даже, кажется, ему поверил.
— Нет. Скорее тех, кто рядом с ними.
